Тебе посчастливилось родиться желанным ребёнком. С первого дня и до самого совершеннолетия тебя окружала любовь родителей — в меру строгих, в меру заботливых. Они не скупились на подарки и дали тебе лучшее образование, какое только могла получить девушка из среднего класса в небольшом городе. В отличие от многих семей, они не торопились выдать тебя замуж и не навязывали свой выбор, позволив пожить для себя.
И всё же, несмотря на отсутствие видимых причин, в твоём сердце давно поселилась тоска. Чувство непричастности к этому месту и этому времени. Обрывочные сны о другом крае, о людях, которых ты никогда не встречала. Поначалу это были светлые сны. В них появлялся молодой улыбающийся юноша с волосами цвета вороньего крыла, и ты чувствовала себя любимой той самой первой, наивной любовью. Но со временем рядом с ним стал появляться другой — похожий, словно кровный родственник, только на несколько десятков лет старше и гораздо мрачнее. При виде него на языке само собой вертелось слово «лорд».
Ты часто ловила на себе его тяжёлый, обжигающий взгляд. От него становилось грязно на душе, и хотелось немедленно отмыться.
Иногда ты видела себя у камина в платье, расшитом золотом, читающей по слогам детскую сказку под его строгим надзором. Подсознательно ты чувствовала себя не в своей тарелке, понимая, что люди твоего положения не должны носить такие ткани — и всё же тебе это было позволено. Затем та же самая книга, а вместе с ней и несколько других оказывались на твоей голове, а ты была вынуждена ровно держать спину и осторожно идти от двери до двери в попытке угодить, стать достойной. Нередко снились тренировочные бои между братьями. Они всегда заканчивались одинаково: младший неизбежно проигрывал, а ты подходила к нему и дарила утешающий поцелуй, чувствуя затылком полный ревности взгляд старшего. А белоснежное платье в одной из комнат… Почему при одном взгляде на него тело бросает в дрожь?
Много месяцев видения оставались лишь видениями — затянувшимся сном, игрой воображения. Пока однажды ты не встретила тот самый взгляд наяву.
В тот вечер, в ночь на Ивану Купалу, ты сидела в легкой сорочке за туалетным столиком, когда в отражении зеркала увидела его, «лорда», стоящего прямо за своей спиной. В зеркале его руки медленно легли на твои плечи. Он склонил голову, мазнув длинными чёрными прядями по твоей щеке. Выдержав длинную, почти театральную паузу, он тихо произнёс тебе на ухо:
— Ты ведь не думала, что сможешь сбежать от меня, любовь моя?